Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

Верхний пост

Когда меня добавляют в друзья, мне НЕ приходит никаких уведомлений. Я могу ничего об этом не знать и никак не реагировать.
Подзамочных постов у меня нет, комментировать можно всем, так что никого это не ущемляет. Если для кого-то важно, чтобы я об этом знала, можно написать в личку.

Я добавляю в ленту тех, кто меня заинтересовал и кого я намерена читать несмотря на их ко мне отношение, и тех, кто пишет интересные комментарии. Журналы из первой группы по выяснении вопроса могут удаляться, а могут оставаться в ленте, я читаю не всех и не каждый день. Если вы у меня в друзьях и написали пост, не факт, что я его прочитаю в тот же самый день и даже не факт, что я его прочитаю вообще. Если вам важно мое мнение или мое мнение именно сейчас, пишите в личку.

Вы с маленькой буквы. Я считаю, что мы здесь не ведем переписку, а разговариваем, а при передаче разговорной речи Вы не пишется.

Вот и всё. Всегда добро пожаловать.

Военное обновление

Конфликт автора и персонажа

Лето, отпуск, полная возможность поддаться искушению Джона Боулнойза – почитать в охотку дурацкий детектив.
«Афинские убийства», или «Пещера идей» (исп. La caverna de las ideas) – детективный роман 2000 года испанского писателя Хосе Карлоса Сомоса. В 2002 году роман переведен и издан на английском языке, в 2005 – на русском. За «Афинские убийства» в 2002 году Хосе Карлос Сомоса получил Золотую Даггеровскую премию.

Совершенно случайно залетел он ко мне в ленту и столь же случайно попал в читалку, потеснив там Фреге, Набокова и Витгенштейна. Чистая инъекция хаоса в структуры порядка.

Действие детектива разворачивается в Афинах после Пелопонесской войны и даже в Академии Платона. Оригинальное название – «Пещера идей» отсылает к образу Платона, который считал, что наше человеческое познание подобно разглядыванию теней на стене пещеры. Чтобы увидеть вещи, а тем более солнце, нужно отвернуться от привычного, выйти из пещеры, а это, как правило, в одиночку не под силу простым смертным.

Уже эти отсылки задают такую образовательную планку, которую под силу взять разве что Роману Шмаракову, и я заранее знала, что здесь этого не будет, и в этом смысле не разочаровалась, детектив действительно дурацкий. Но кроме того, он с претензией. Он представляет собой такой постмодерн для широкой публики.

Мне уже приходилось писать в статье «Как Борхес убил автора», что проблема автора является центральной в литературе ХХ века. Не так уж важно, что происходит между персонажами, гораздо важней, какая интрига разворачивается между автором и читателем или между автором и персонажем.

Вспомните с этой точки зрения «Бесконечную историю» Михаэля Энде. Я принадлежу тому поколению, которое посмотрело в детстве этот фильм в жанре фэнтези и прониклось. Герои там претерпевают разные приключения и рискуют жизнью, чтобы читатель, Бастиан, включился в сюжет и назвал заветное имя, которое всех спасёт.

Проблема персонажа, который осознаёт, что он придуманный персонаж, раскрывается также в фильме «Идентификация». Попытка персонажа общаться с автором реализована в стихотворении Быкова «Баллада о кустах» – единственное у поэта, которое я воспринимаю. Персонаж встречается с автором у Курта Воннегута и Стивена Кинга, у того же Шмаракова и Умберто Эко, а встреча персонажа с читателем лучше всех получается у Павича – в его книге «Пейзаж, нарисованный чаем», убийцей оказывается читатель.

Одним словом, это сейчас в моде, как говорила Эсме Скволор, техникой автор владеет, действие разворачивается в примечаниях так же, как и в основном тексте, но попытки соединить этот сюжет с проблемой рациональности истины выглядят довольно искусственно. С другой стороны, все нити собраны, распутаны и показаны, а что не происходит катарсис, для этого у нас есть сам Платон.

Консула до пояса зарывают в землю

Из книги "Сид Кампеадор", Рамон Менендес Пидаль. Рассказывается о поступке Сида с изменившим вассалом, и делается экскурс в историю вплоть до Римской республики:

"Там собрался суд (corte), в состав которого входили христиане и мавры, прежде всего те, перед кем преступник давал ложную клятву, и Сид, величественно восседавший на помосте, приказал новому кадию города и виднейшим маврам судить того, кто убил их государя и преступил клятву, по своему закону. Кадий вынес приговор — побить камнями, и мавры сказали Сиду: «Мы поступили по закону, но вы, государь, делайте то, что сочтете за благо; просим вас лишь пощадить его сына — ведь в том, что совершил отец, ребенок не виноват: отпустите его». Сид из любви к ним простил мальчика с условием, что тог покинет город, потому что не хотел, чтобы здесь жил сын предателя. «Что касается Ибн Джаххафа, — добавил он, - наш христианский закон велит, чтобы его сожгли». Под конец виднейшие мавританские патриции поднялись, чтобы поцеловать ноги и руки Кампеадору в благодарность за милость, оказанную сыну преступника. Такое милосердие стоило благодарности, если учесть господствовавший в то время принцип семейной солидарности в отношении преступлений и наказаний. Законы и обычаи того времени, когда самым прочным основанием общественной жизни по сути была вассальная верность, были настолько жестоки к вассалам-изменникам, что для них любого наказания казалось мало: не только вся семья того, кто замышлял против короля, приговаривалась к смерти, но даже неодушевленные предметы должны были нести наказание — дом предателя следовало разрушить до фундамента. Цареубийцу (как гласит «Фуэро Куэнки») надо было сжечь «вместе со всей семьей», а в древности в городах Средиземноморья практика была такова, что перед сожжением преступника до пояса зарывали в землю — таким образом в 107 г. до н. э. казнили консула Метелла в Африке и в 43 г. до н. э. квестора Бальба в Гадесе."

Хочу грамотный комментарий от компетентных лиц, а конкретно от специалиста по Метеллам Тимофея Алёшкина: что случилось с консулом в Африке? Судьба квестора в период гражданских войн не так удивляет, там естественно могло быть всякое.

И наконец - пчёлы у Порфирия

Предыдущие два поста написаны для того, чтобы показать контекст, в котором воспринимается (мною) философия Порфирия (232 - 304) - неоплатоника, любимого ученикак Плотина. Комментарии Лосева к трактату Порфирия "О пещере нимф":

9. Пчелы и мед

Далее, перейдем к пчелам-душам и меду, который они откладывают в каменные амфоры.

Порфирий в гл. 18 своего трактата ссылается на древних, которые понимали души умерших в виде пчел. Вообще душа как окрыленное и воздушное – образ, издавна типичный для греческой мифологии. У Платона (Phaedr. 246 а – 247 с) бессмертные боги и души на крылатых колесницах мчатся по небесной сфере, и отягченная грехами душа падает на землю, обломав крылья (248 cd). У Гомера душа "вылетает" из раны умершего (Ил. XIV 518 сл., XVI 856), у него же души умерших "слетаются" на кровь (Од. XI 36-43), они "порхают" (XI 221 сл.), "летят" с писком, как летучие мыши, направляясь в Аид (XXIV 5-9). Нет ничего удивительного, что та же крылатая душа мыслится пчелой, тем более что пчела и мед воспринимались в Греции с очень большой смысловой нагрузкой.

Жужжащий рой пчел не только связан с душами умерших у Софокла (frg. 795 N. – Sn.), но пчелы немедленно являются там, где умирает человек, о чем рассказывает Гигин (fab. 136 о пчелах в винном погребе вокруг трупа Главка). Персефона – богиня смерти носила имя Пчелиной – Мелиндии, или Пчеловидной – Мелитоды у Феокрита (XV 94 Gow.). В схолии к этой XV идиллии Феокрита так и поясняется: "Мелитодой называют антифрастично (cat'antiphrasin) Персефону и Кору, почему и жрицы ее и Деметры именуются пчелами".

В "Александре" Ликофрона Афина "Пчелиная", "Жужжащая" (bombilia, 786), которая почиталась под этим именем в Беотии. Жрицы и жрецы Артемиды Эфесской, богини с ярко выраженными хтоническими функциями и загробным миром (как ипостась Гекаты), носили название царей пчел (essēnes – Paus. VIII 13, 1). Жрицы Деметры – тоже "пчелы" (melissai – Callim. Hymn. Apoll. 110 Pfeift.). В Дельфах у Аполлона жрецы – тоже "пчелы", что находим у Пиндара (Pyth IV 60 Sn.). Однако пчела была связана не только с миром смерти, но и с миром жизни.

Медом пчел вскормила Диониса нимфа Макрида, говорит Аполлоний Родосский (IV 1136 – 1139 Frank.). Эта нимфа "кроткого дщерь Аристея, что пчелиного роя изделье явил, а также и жир многотрудной оливы" (IV 1134 Церетели). Пчелы вскормили своим медом младенца Зевса, и нянька его Амалфея была дочь Мелиссея, то есть Пчелиного (Hyg. 182). Один из куретов, или корибантов, среди окружения Критского Зевса носил имя Пчелиного – Мелиссея (Norm. XIII 145, XXVIII 306, XXX 305, XXXII 271).

Мед, на целительные функции которого ссылается Порфирий, приводя примеры из греческой и восточной культовой практики, тоже, как и пчелы, обладал некой магической силой. Во время засухи Аристей (Nonn. V 273) приносил Зевсу жертву из медового напитка – кикеона, "дара пчелы". По словам Павсания (IX 40, 2), пчелы указали беотийцам во время засухи пещеру Трофония, у которого они искали исцеления от бедствия. Афиняне приносили душам погибших при Девкалионовом потопе пшеницу с медом, бросая жертву в расселину земли на священном участке Геи (Paus. I 18, 7).

Мед явно был связан с хтоническими силами. Поэтому в подземных святилищах приносили в жертву ячменные лепешки на меду (Paus. IX 39, 11; Luc. Dial. mort. III 2) и вскармливали священных змей этими медовыми лепешками (Herodot. VIII 41). Мед даровал бессмертие, поэтому Гея и Оры помазали Аристею губы медовым нектаром (Pind. Pyth. IX 62). Демокрит, так же как и Порфирий, признает целебные свойства меда.

Есть сведения о том, что Демокрит решил в преклонном возрасте лишить себя жизни и не принимал пищи. Однако когда близкие стали просить его не умирать в праздничные дни, он "приказал поставить перед собой сосуд с медом и таким образом продлил себе жизнь на нужное число дней, пользуясь только запахом меда; когда по истечении тех праздничных 106дней мед был унесен, он скончался". Демокрит всегда любил мед и на вопрос, как жить не хворая, ответил: "Если будешь орошать внутренность медом, а наружность маслом" (68 А 29 = Маков. 33). Демокрит даже советовал сохранять трупы в меде (68 А 161= Маков. 259).

Таким образом, пчелы-души и мед в каменных чашах взяты Порфирием из общегреческого мифологического и ритуального арсенала.

http://psylib.org.ua/books/lose007/txt12.htm

Мёд более чем явно связан с хтоническими силами! Совет Демокрита сохранять трупы в меду менее всего медицинский и естественнонаучный. Артемида, Афина, Аполлон - все имеют хтоническую ипостась, которая связана с пчёлами. О Персефоне, Дионисе и Зевсе даже говорить нечего. Жизнь в античном мире рождается из смерти, а смерть символизируется пчелой, которая представляет собой очень значимый и нагруженный смыслами элемент культурного пространства. 

Александр Сигида-сын: человечеству плевать на Луганск? Но и мне неинтересно человечество!

«Если мне неопровержимо докажут, что истина не в западном пути развития, а в ЛНР и ДНР, я предпочту остаться с прогрессивным человечеством, а не с «молодыми республиками». Ваш Луганск скоро перестанет быть интересен остальному человечеству, он уже перестаёт быть интересен..» Александр Ерёменко

От редакции Одуванчика: продолжается обсуждение второго сборника докладов ФМО, который можно скачать на сайте Одуванчик в разделе «Книги». Глава ФМО города Северодонецка А.М. Ерёменко опубликовал рецензию на одну из статей. Автор Манифеста нового акционизма снова пишет о Луганске и Донбассе.

Итак, мой украинский рецензент пишет о том, что идеологичность душит любого философа. Возможно, он полагает, что нормальные философы не устраивают заговоры и не затевают революции.

Ещё как затевают. Я-то как раз посещал лекцию Дмитрия Корчинского 11 ноября 2013 года. Там он и рассказал и о Хайдеггере, и о революции, и о восстании.

Мир-таки запылал в огне экстаза, а поджёг его украинский философ Корчинский, автор поэтического сборника "Философия смуты".Collapse )

Анализ детектива

Совершенно случайно познакомилась с творчеством Н.Зоркой, которая еще с семидесятых годов занималась анализом кино и театра, в частности детектива, и по большей части на советском материале. Анализируя структуру классического детективного сериала (Следствие ведут ЗНАТОКИ), автор вводит понятие возгонки как основного сюжетообразующего элемента.

Collapse )

Небольшое наблюдение. За знакомыми и фейсбуком.

Оригинал взят у langobard в Небольшое наблюдение. За знакомыми и фейсбуком.
Люди, вполне себе восхищающиеся (уж точно - не осуждающие) Хэмингуэем или Оруэллом на гражданской войне в Испании, и люди, называющие поехавших воевать в Донбасс убийцами и наемниками - могут быть одними и теми же людьми.
В мою копилку парадоксов, в которой хранятся вопросы типа "как можно быть христианином и антисемитом одновременно?" или "как можно быть коммунистом и антисемитом одновременно?" - добавился еще один парадокс.

Наука доказала

Автор теоретизирует. Как сегодня:

Бог шельму метит. Еще в древности была всеобщая ненависть к рыжим, скуластым. Сократ видеть не мог бледных. А современная уголовная антропология установила: у огромного количества так называемых "прирожденных преступников" -- бледные лица, большие скулы, грубая нижняя челюсть, глубоко сидящие глаза.
Как не вспомнить после этого Ленина и тысячи прочих? (Впрочем, уголовная антропология отмечает среди прирожденных преступников и особенно преступниц и резко противоположный тип: кукольное, "ангельское" лицо, вроде того, что было, например, когда-то у Коллонтай.)
А сколько лиц бледных, скуластых, с разительно асимметрическими чертами среди этих красноармейцев и вообще среди русского простонародья,-- сколько их, этих атавистических особей, круто замешанных на монгольском атавизме! Весь, Мурома, Чудь белоглазая... И как раз именно из них, из этих самых русичей, издревле славных своей антисоциальностью, давших столько "удалых разбойничков", столько бродяг, бегунов, а потом хитровцев, босяков, как раз из них и вербовали мы красу, гордость и надежду русской социальной революции. Что ж дивиться результатам?

Революция гидности

Ссылка, где всё прекрасно.

Мой комментарий:
Тоже хочу особо упомянуть Скоркина. Этот человек состоит в литературном объединении СТАН, которое они со товарищи в течение нескольких лет претенциозно называли группировкой, себя - террористами, а заседания своего литературного кружка именовали терактами. Активная борьба за свободу слова при Януковиче сразу же после пэрэмогы превратилась в громогласные требования заткнуть рот несогласным.

"Транквилиум"

До середины где-то дочитала.
Большая и коварная страна с помощью спецслужб готовит и устраивает переворот в маленькой и мирной стране, чтобы окончательно определить исход холодной войны и вызвать третью мировую. Меня предупреждали, что это созвучно нынешним событиям на Украине, и так оно и оказалось, но созвучно это не совсем с той стороны.

Большая и коварная страна это СССР, где с первого взгляда очень скучно, грязно и все как стадо, а маленькая мирная демократическая страна вся такая немного капиталистическая, немного аристократическая, и вдобавок англоязычная. Всесильные спецслужбы, которые запускают инфляцию, устраивают теракты и политические убийства, это КГБ, а противостоят им отважные местные жители, предатели из комитета и бывший ФБРовец как мозг и воля сопротивления. Да, жёстко всё, решительно, по-взрослому. Морские и сухопутные бои и порталы между мирами. Яркое и нескучное демократическое государство у СССР ворует оружие, чтобы с Союзом же и сражаться, ибо своего нет, все говорят "Ваше высокородие", при идиллическом капитализме есть настоящие коммерческие банки, но нет голодных детей...

Мне нужна помощь. Что это, дорогие друзья? Оно всё так и должно быть? Я этого автора раньше не читала, и никаких особых ожиданий у меня не было, но эта ода Майдану меня как-то смущает. Это именно то, за что вы любите данное произведение? Или я куда-то не туда смотрю?