Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

Верхний пост

Когда меня добавляют в друзья, мне НЕ приходит никаких уведомлений. Я могу ничего об этом не знать и никак не реагировать.
Подзамочных постов у меня нет, комментировать можно всем, так что никого это не ущемляет. Если для кого-то важно, чтобы я об этом знала, можно написать в личку.

Я добавляю в ленту тех, кто меня заинтересовал и кого я намерена читать несмотря на их ко мне отношение, и тех, кто пишет интересные комментарии. Журналы из первой группы по выяснении вопроса могут удаляться, а могут оставаться в ленте, я читаю не всех и не каждый день. Если вы у меня в друзьях и написали пост, не факт, что я его прочитаю в тот же самый день и даже не факт, что я его прочитаю вообще. Если вам важно мое мнение или мое мнение именно сейчас, пишите в личку.

Вы с маленькой буквы. Я считаю, что мы здесь не ведем переписку, а разговариваем, а при передаче разговорной речи Вы не пишется.

Вот и всё. Всегда добро пожаловать.

Военное обновление

«Илиада» как фольклорное произведение

Одна из интереснейших находок этого лета – книга Л. Клейна «Расшифрованная “Илиада”»
https://www.twirpx.com/file/1459728/

Вопрос об авторстве «Илиады», гомеровский вопрос, разбил весь научный мир на унитаристов и плюралистов, которые спорят, написал обе поэмы один человек или несколько. Все аргументы уже приведены, и дискуссии движутся по кругу. Клейн предлагает решение на принципиально новом уровне: относится к «Илиаде» как к фольклорному произведению.
Хотя все знают, что «Илиада» много веков передавалась устно, подход к ее изучению основывался на принятом по умолчанию представлении о работе автора над письменным текстом: есть первоначальный единый текст, который при передаче тем или иным образом искажается. Доискаться до первоначального единого текста – значит решить все проблемы.

В фольклоре же нет единого подлинного текста. Текст создается заново при каждом исполнении. Вариации текста, которые допускает сказитель, позволяют судить как о его личных творческих предпочтениях, так и в гораздо большей степени о его аудитории, ее ценностях и нормах. Все варианты текста важны, никакой не должен отбрасываться, все они показывают, как сказители работают с текстами, что меняют ради новой аудитории, а какие вещи сохраняются неизменными во всех вариантах.

Такой же подход, кстати, применяет Я. Васильков к «Махабхарате», и показывает, что он основан на работах советских фольклористов, работающих с богатым материалом живых традиций разных этносов СССР. Теоретически обосновал этот подход П. Гринцер в 1970-е гг., на статье которого основан фольклорный поворот в изучении эпосов в англоязычных странах.

В книге Клейна об «Илиаде» есть несколько интересных моментов, на которых я хочу остановиться подробнее.

Мисс Марпл во Франции

Сериал о майоре полиции «Кандис Ренуар» помимо сильной детективной составляющей и незнакомых французских актеров (что немаловажно, американских даже я уже узнаю везде) имеет еще две интересные особенности.
Медицинские перчатки используются не как перчатки, а как прихватки. Во время обыска их не надевают на руки, а держат в руках, когда нужно что-то взять. Вообще впервые такое вижу, в жизни и в кино.

Проблемы в коллективе, с которыми сталкивается на новом месте работы майор Кандис Ренуар, объясняются тем, что она отыгрывает стиль мисс Марпл. Во время оперативно-розыскных мероприятий, над окровавленной рубашкой подозреваемого, может мечтательно прикрыть глаза и задумчиво протянуть: «Вот, помню, моя бабушка часто заваривала чай из осинника…». Это потом оказывается ключевой деталью, но здесь и сейчас повергает коллег в ступор.

Капитан Дюма, который должен был получить место начальника группы, отданное Кандис, сумел по достоинству оценить ее наблюдательность и преодолеть враждебность, заложенную в ситуации. Иногда у него получается поймать волну, и после очередного совершенно неуместного замечания начальницы капитан Дюма срывается с места, начинает что-то искать, кому-то звонить и в результате находит недостающую часть головоломки. К сожалению, это происходит нечасто, но когда происходит, это лучшие моменты.

Мисс Марпл, первой реализовавшая такой стиль поведения, была прочно защищена английскими традициями вежливой беседы, своим возрастом и предупредительностью слушателей, ценивших и традиции, и неспешные беседы. В наши дни, с четырьмя детьми и собакой, в новом городе после развода, да еще и на новом месте работы размеренность сохранить не удается. Кандис Ренуар не становится центром покоя, продуцирующим работу мысли, напротив, она действует как источник суеты и разлада, ломая привычный ритм жизни окружающих. Пока, в первом сезоне, получается интересно.

Гофман и Булгаков

Влияние Гофмана на Булгакова – общее место в литературоведение. Этой весной я перечитывала Гофмана, и заметила это своими глазами. Шестисотстраничный том о житейских воззрениях кота Мурра содержит не только отсылки к Гёте (автобиография кота подается по схеме жизнеописания Вильгельма Мейстера), но и параллели с «Мастером и Маргаритой». Их две, зато какие!

Похмелье Стёпы Лиходеева, когда он знакомится с Воландом, очень узнаваемо прообразуется похмельем кота Мурра после первой попойки с котами-буршами. А сам принцип художественного оформления материала в «Мастере и Маргарите» формулируется в беседе капельмейстера Крейслера, любимого персонажа Гофмана, с отцом-настоятелем монастыря. В ответ на вопрос Крейслера, не является ли профанацией Священного Писания изображение его персонажей в современной художнику одежде, священник отвечает:

«Видите ли, тогда истории Священного писания так проникли в человеческую жизнь, вернее, сказал бы я, жизнь так зависела от них, что всякий верил: чудесное совершается у него на глазах и всемогущее небо может во всякое время повелеть свершиться новому чуду. Таким образом, Священное писание, к коему обращал набожный художник свой духовный взор, представало перед ним жизнью вполне современной; он видел, как порою являлась небесная благодать меж людей, его окружавших, и он запечатлевал их на полотне такими, какими наблюдал в жизни. Для нынешних дней истории Священного писания – нечто весьма далекое, они как бы существуют сами по себе и, отрешенные от настоящего, сохраняют тусклую жизнь только в воспоминанье; тщетно стремится художник увидеть их в жизни, ибо – пусть он даже и не признается в этом себе самому ― его дух осквернен суетой мирскою. Посему пошло и смеха достойно и когда порицают старых мастеров за незнание костюмов, в котором находят причину тому, что на своих картинах они представляли только наряды своего времени, и когда молодые художники стараются облечь святых в безрассуднейшие и противнейшие вкусу наряды Средневековья, показывая тем, что они не созерцали непосредственно в жизни события, которые замыслили изобразить, а удовольствовались их отражением на картинах старых мастеров. Именно потому, дорогой Иоганнес, что нынешнее время слишком осквернено и находится в омерзительном несоответствии со всеми этими благочестивыми преданиями, именно потому, что никому не под силу представить себе эти чудеса происходящими среди нас, ― именно потому их изображение в наших нынешних костюмах казалось бы нам, разумеется, безвкусным, безобразным и даже богохульственным. Но ежели всемогущий соизволит, чтоб пред нашими очами и вправду свершилось чудо, то было б вовсе непозволительно переиначивать одежды нашего времени».

Булгаков не изображает в современной ему Москве чудес и персонажей Священного Писания, эта линия остается в прошлом и в соответствующей времени обстановке. В наши дни изображаются бесы и их проделки, и тут уже всё очень современно.

Кант и творчество

Однако критика Канта может быть распространена и на другие попытки философского осмысления Бога, в частности, на так привлекавшую российских мыслителей построенную на платоновских идеях софиологию. Используя методологию Канта, можно показать, что метафизика невозможна не только как естественная наука, но и как символизм, творчество и искусство. Другими словами, Бог, мир и душа не могут быть предметами символического изображения и творчества, Бог трансцендентен и этой сфере бытия тоже. А идея творческого познания мира и Бога была очень важна для русской философии и культуры того периода. Это было русское слово того времени, глубинное переживание творческих людей: искусство – путь к тайнам мира и Бога.
Кант может доказать, что это не так.

Имперский мотив в католическом искусстве

Искусствовед Анна Пожидаева в своем курсе об иконографии Нового Завета рассказывает интересную историю о римских солдатах. Несколько веков христианского искусства воины, которые охраняли пещеру с телом Христа, нередко изображались спящими. После Тридентского собора это было запрещено.

Тридентский собор (1543 – 1564) – это результат Контрреформации, серьезная реформа церкви, когда вся критика протестантов, которая могла быть учтена без разрушения всего церковного здания, была учтена. Как известно, протестанты активно критиковали изображения в церкви, уничтожали иконы и картины, разрушали статуи, мотивируя это борьбой с идолопоклонством, как это требуется Ветхим Заветом. Как несимметричный, но ответ на действия протестантов на Тридентском соборе были разработаны точные предписания о том, как изображать персонажей Священного Писания, чтобы не подавать повода к соблазнам.

«Тридент предписывает не изображать стражников спящими. Они должны быть либо в ужасе, но явно в сознании, либо очевидно потерявшими сознание. И причина этого такова: никто не должен предполагать, что солдат римской армии способен спать на посту, это как-то унижает достоинство римской гвардии. И действительно, мы увидим, что и в антверпенском образе Рубенса, и существенно позже, вплоть до гравированной Библии Юлиуса фон Шнорра, это правило будет соблюдаться: никто больше уже не будет спать, все будут только ужасаться и разбегаться в стороны».

https://magisteria.ru/new-testament-iconography/resurrection
Курс: "Иконография Нового Завета"
Лекция: "Воскресение"

Пьеро делла Франческа, XV век – солдаты спят.

Питер Пауль Рубенс, XVII век – солдаты в ужасе разбегаются.

Место красоты в эстетических системах обсудили в Луганске

На заседании Философского монтеневского общества обсудили доклад Александра Мущинского об антиномии прекрасного и эстетического. Проведя этимологический анализ терминов, а также исследовав отношение к прекрасному и эстетическому в творчестве таких писателей как Уайльд, Сент-Экзюпери, Гюго, Гейне, Соловьев и Платон, докладчик пришел к выводу, что объективный критерий красоты не может быть дан. Красоту искусства Александр определил как модель реальности, которая вызывает положительные чувства, причем положительные чувства понимаются очень широко — от добродетели до творческого импульса как такового. Отстаивая субъективность красоты и прекрасного, докладчик противопоставил красоту эстетическому как чувственному и отождествил ее с добродетелью, понимаемой как одухотворенность и внутреннее стремление к добру.

В ходе обсуждения монтеневцы попытались найти объективный критерий красоты в сфере эстетического, а не морального, модного или политкорректного. Были затронуты следующие вопросы: является ли красота чем-то трансцендирующим, выводящим человека за его пределы, возможно ли разграничить красивое и эстетическое, воспитывается ли чувство красоты, может ли красота быть связана с грехом и являться критерием нравственности, как выйти из кризиса поиска новых стандартов красоты, красива ли природа, есть ли в мире что-то, вызывающее равное отвращение у всех, нужно ли стремиться к запредельной красоте, почему меняется эстетическое восприятие красоты и даже есть ли что-то прекрасное в смерти как явлении.

В итоге обсуждения весь спектр мнений по вопросу красоты свелся к дихотомии: красота субъективна или существует объективный критерий? Вопреки основной идее доклада, ряд участников пришли к мысли, что если искусство не правдиво, то красота — красивая ненужность, и согласно платоновскому пониманию, красота, будучи способом воздействия на людей, побуждает человека к личностному развитию.

Послушать доклад можно по ссылке: http://oduvan.org/nashi-proekty/fmo/mesto-krasotyi-v-esteticheskih-sistemah-obsudili-v-luganske/

В следующую среду на ФМО обсуждается доклад Андрей Кондаурова о новой ступени эволюции человека — человеке техническом.

Неизвестный Малевич

Из книги А. Прохорова "Русская модель управления":

"У русских футуристов существовало совершенно маниакальное предубеждение, что нельзя создать ничего нового, не убрав с дороги старое. Чтоб свободно творить, им нужна была Сахара вместо культуры.

Эта мания с ниспровержением кумиров отнюдь не была невинной. По признанию современников, Малевич входил в группу специалистов, предлагавших уничтожить Кремль, собор Василия Блаженного и Большой театр как окончательно устаревшие здания.

„Я живу в огромном городе Москве, — писал Малевич в 1918 году, — жду ее перевоплощения, всегда радуюсь, когда убирают какой-нибудь особнячок, живший еще при алексеевских временах“»"

Европейская прото-наука: прото-координаты, горячее Солнце и трактат о точке

Во втором разделе книги Василия Зубова собраны зрелые работы автора, опубликованные в разных сборниках и прочитанные на разных конференциях. Этот раздел делится на две неравные части – одна посвящена средневековой и возрожденческой европейской философии и прото-науке, а вторая – истории русской науки и культуры.

В первом разделе есть статьи о Николае Ореме и Леонардо да Винчи, а также о Жане Буридане.

Николай Орем широко известен в узких кругах тем, что придумал декартову систему координат за триста лет до Декарта. Как я поняла Зубова, это не совсем так: диаграммы Орема мы бы сейчас на ПДСК строили совсем иначе.

Леонардо да Винчи, как показывает Зубов, считал солнце горячим, что было совсем не тривиально для его времени. Этой коллизии я посвятила очерк под названием «Горячее солнце Леонардо да Винчи».

Жан Буридан, парижский номиналист, известен широкой публике по крылатому выражению «буриданов осел». Это осел, который умирает с голоду, стоя на равном расстоянии между двумя одинаковыми охапками сена, потому что не имеет причины выбрать какую-то одну из них. Парадокс иллюстрирует мысль о наличии у живых существ свободной воли, ведь в реальности ослы не умирают с голоду и как-то совершают выбор. Если за этим не стоят физические причины, стоят причины иного рода. В трудах самого Буридана примера с ослом нет, но теперь уже ничего не поделаешь.

Публика не столь широкая помнит, что Буридана упоминал Вильгельм Баскервильский в романе «Имя розы», но и тут ничего определенного. Зубов же посвящает Буридану несколько статей и переводит трактат Буридана о точке, а также рассматривает подход парижских номиналистов к вопросам об определении пространства и времени, показывая, что они вплотную подошли к понятию относительного движения.

Итоги года. Аудио. Магистерия. Искусствоведение

Раздел «Искусство» на «Магистерии» самый большой, в нем 23 курса лекций. Здесь сравнительно много платных курсов, посвященных современному искусству. Для меня это не самое главное, мне хватит еще надолго лекций по классическим эпохам – Возрождение, Средневековье, русская живопись, много всего.

В этом разделе я пока прослушала всего два курса, зато оба произвели сильное впечатление. Это цикл лекций Ольги Назаровой «Неуловимый Леонардо» и курс Анны Пожидаевой «Иконография Ветхого Завета».

Цикл про Леонардо короткий, в нем всего шесть лекций. В 2019 году была круглая дата – 500 лет смерти мастера, и к годовщине по всему миру провели много мероприятий: конференции, выставки, оцифровка архивов и так далее, и тому подобное. Ольга Назарова систематизировала имеющуюся информацию и рассказала о новых тенденциях в искусствоведении.

Конвенциональность и концепция социального поля Бурдьё в действии: наилучшая стратегия сделать открытые в сфере леонардоведения – переатрибутировать какую-то из известных картин, а наибольшие возможности для успеха этого предприятия – у солидных игроков соответствующего культурного подпространства. Так что «Мадонна Литта» из Эрмитажа уже несколько лет как не принадлежит кисти Леонардо, а «Спаситель мира» наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бен Сальмана Аль Сауда – принадлежит.

Курс об иконографии Ветхого Завета я слушала всё лето и осень, а зимой приступила к иконографии Нового Завета того же автора – тема бесконечная, я неторопливо в нее погрузилась и там растворилась. Анна Пожидаева рассматривает христианское искусство от катакомб вплоть до отдельных современных авторов, но основное внимание уделяется периоду европейского Средневековья и Византии, насколько Византия в этот период виляла, а влияла она сильно. Анализируются миниатюры, фрески, скульптуры и картины. Постоянно появляются дополнительные эпизоды, и можно двигаться в этом пространстве в разных направлениях. Несколько примеров затронутых тем: персонификации света и тьмы, крылатая душа Адама, Богоматерь как новая Ева, убийца Каина, как различать библейские сцены у колодца в картинах старых мастеров. Слушать, смотреть и радоваться.