Нина (ninaofterdingen) wrote,
Нина
ninaofterdingen

Categories:

О языке победившей культуры

Что-то вроде комментария-иллюстрации к этому посту многоуважаемого fregimus

Обсуждается вопрос вроде бы чисто филологический: так как английский есть язык победившей культуры, то лучше бороться за его чистоту, чем за чистоту русского, который всё равно обречён уступить английскому, как раньше многие языки уступили латыни, не правда ли?


Как раньше многие уступили латыни, пишет Плутарх в жизнеописании Цицерона:

Рассказывают, что Аполлоний, не знавший языка
римлян, попросил Цицерона произнести речь по-гречески. Тот охотно согласился, считая, что так Аполлоний сможет лучше указать ему его изъяны. Когда он умолк, все присутствующие были поражены и наперебой восхваляли оратора, лишь Аполлоний и, слушая, ничем не выразил удовольствия, и после окончания речи долго сидел, погруженный в какие-то тревожные думы. Наконец, заметив, что Цицерон опечален, он промолвил: "Тебя, Цицерон, я хвалю и твоим искусством восхищаюсь, но мне больно за Грецию, когда я вижу, как единичные наши преимущества и последняя гордость - образованность и красноречие - по твоей вине тоже уходят к римлянам".

Тут даже неважно, правдивая это история или нет, само появление такого рассказа очень характерно и подчёркивает различие. Сейчас победители сочиняют вот такие рассказы:

Вопрос заостряется в тупик: а вправе ли немец после 1945 года вообще считаться человеком? Вот некто Гольдхаген, гарвардский специалист по немцам, которым он посвятил революционную книгу Hitler’s willing Executioners, отвечает на этот вопрос решительным нет. Немцы суть нéлюди (не — «мы»): в каждом немце сидит палач и садист, добровольный исполнитель Холокоста.
Книга была удостоена в Германии приза за демократию 1997. Приз (с чеком в 10 тысяч марок) был вручен несколько ошарашенному автору в Бонне; laudatio произнес философ Хабермас.

Меня это сходство ситуаций давно забавляет. Только представить себе Цицерона, который на латыни ругает ничтожных греков, или Горация, который не просит Мельпомену гордиться тем, что он перелил "эолийский напев в песнь италийскую", или Вергилия, которому и в голову не приходит писать подражание Гомеру, поэту побеждённых. Почему тогда этого не случилось, а сейчас это неизбежно? Как, когда и почему произошла такая смена парадигмы? Вот что интересно.
Tags: мировой заговор
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments