Нина (ninaofterdingen) wrote,
Нина
ninaofterdingen

Гениальная скаковая лошадь

Топоров, В. Н. Святость и святые в русской духовной культуре. Том 1. Первый век христианства на Руси / В. Н. Топоров. – М.: Гнозис – Школа “Языки русской культуры”, 1995. – 875 с.

С лета я читаю эту книгу, сквозь житейский водоворот и ревущие будни нахожу то четверть, то полчаса на этот феномен, и в конце концов вчера я в ужасных муках зыкрыла этот гештальт - и зачем? Чтобы почувствовать себя Ульрихом, которого с долгожданной вершины приветствует скаковая лошадь

("Человек без свойств" - одна из моих любимых книг. Цитата для тех, кто еще не читал:
"Весьма важно, что Ульрих был вправе сказать себе, что в своей науке он сделал немало. Его работы принесли ему, правда, и признание. Требовать восторгов было бы чересчур, ибо даже в империи истины восторг испытывают только перед пожилыми учеными, от которых зависит, получишь ли ты доцентуру или профессуру. Если говорить точно, он остался тем, кого называют надеждой, а надеждами в республике умов называют республиканцев, это те люди, которые воображают, что всю свою силу можно посвятить делу, вместо того чтобы расходовать изрядную ее часть на внешнее продвижение; они забывают, что продуктивность одиночки невелика, а продвижение — это всеобщее желание, и пренебрегают социальным долгом карьеризма, обязывающим начинать как карьерист, чтобы в годы успеха стать подпоркой и ступенькой, с помощью которой выбьется в люди кто-то другой.
И вот однажды Ульрих перестал хотеть быть надеждой. Тогда уже наступило время, когда начали говорить о гениях футбольного поля или площадки для бокса, но на минимум десять гениальных изобретателей, теноров или писателей в газетных отчетах приходилось еще никак ни больше, чем один гениальный центр защиты или один великий тактик теннисного спорта. Новый дух чувствовал себя еще не совсем уверенно. Но как раз тогда Ульрих вдруг где-то вычитал — и как бы до поры повеяло зрелостью лета — выражение «гениальная скаковая лошадь». Оно встретилось в репортаже об одном сенсационном успехе на ипподроме, и автор, может быть, совершенно не сознавал всего величия мысли, подброшенной духом коллективизма его перу. Ульрих же вдруг понял, в какой неизбежной связи находится вся его карьера с этим гением скаковых лошадей. Ведь лошадь была искони священным животным кавалерии, и в своей казарменной юности Ульрих только и слышал о лошадях да о женщинах, и от этого-то он и удрал, чтобы стать выдающимся человеком, и вот, когда он после разнообразных усилий мог бы уж, пожалуй, почувствовать близость вершины своих устремлений, его оттуда приветствовала опередившая его лошадь.")


Почти тысяча страниц текста о русской духовной культуре и русских типах святости завершаются выводом о том, что в глубине души Феодосий Печерский разделял идеалы Хайека о свободной конкуренции и в конфликте двух мировых систем и этик был бы понятно на какой стороне. Смысл подвига Феодосия состоял в "расширенном порядке человеческого сотрудничества" (Хайек 1992, 15 и сл), и поэтому ряд основных особенностей этого подвига поразительно напоминает черты, определяющие этот "расширенный порядок" (Топоров, с. 741). 
Tags: Киевская Русь, Топоров, Хайек
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments