Нина (ninaofterdingen) wrote,
Нина
ninaofterdingen

Categories:

Преодоление антихристианских норм в границах гностической онтологии (по книге А.Бестера "Тигр!Тигр")

Начало здесь

Рассмотрим внимательней мир, созданный автором. В описанное время Земля ведет войну с другими планетами. Интернирование, депортация и убийства граждан этих планет имеет место, хотя убийство еще воспринимается как преступление. Примечательно, что в таких условиях страна не имеет правительства. В ней есть две конкурирующие разведывательные структуры, но они работают как вещь-в-себе - собирают информацию, не гнушаясь никакими средствами, но никому её не докладывают. Нет у них такой функции и нет в государстве такой структуры.

Как мы видим, устройство государства крайне либеральное, экономика там безусловно капиталистическая. В стране существует финансовая элита, крупный капитал. Это кланы, которым по двести-триста-четыреста лет. Опять проведу параллель с современностью - фанаты именно такого либерального устройства общества с прошлой зимы возмущаются Януковичем и его Семьей, которые правили каких-то 10-15 лет, вряд ли больше. В этой ситуации слово семья с большой буквы писать смешно, даже у дона Корлеоне была семья подолговечней, больше похожа на либерально-утопические кланы американского писателя.

Экономика капиталистическая, устройсто государства крайне либеральное, то есть верхушки государства как таковой не существует, всё в частных руках, и при этом индивидуальность подавляется крайне жестко. Глава самого богатого финансового клана, Престон, имеет сотни магазинов по всем планетам, и в каждом магазине сидит мистер Престо - человек, которого подбирают после строгой проверки, и путем пластических операцих и психической коррекции делают похожим на самого владельца, чей портрет висит у каждого мистера Престо на стене.

Положение женщин очень архаично по сравнению с 20-м и даже 19-м веком. Женщин держат взаперти, они вообще не общаются с мужчинами вне семейного круга и так далее. Много раз описано, сейчас отмечу, что такой идеал очень хорошо сочетается с либеральным индивидуализмом.

Квазирелигия, возникшая из науки, и квазисекта, возникшая из потомков бывших ученых, тоже появлялись не раз, по этому поводу некоторые рекомендуют "Анафем" Стивенсона, а я - одну из первых серий "Андромеды". Как неоднократно замечалось (например здесь), западноевропейская наука выросла из магии, то есть в обществе она занимает то место, которое раньше занимала магия. Неудивительно, что к магии она всё время и скатівается.

Поначалу мне показалось страннім отношение персонажей к татуировке на лице главного героя. Девушка, которую Гулливер спас из тюрьмы, так возненавидела его, увидев татуировку, что даже стала его пытать при первой же возможности. Похожая реакция описана еще у одного американского автора, Фолкнера, в романе "Авессалом, Авессалом", к которому и отсылаю всех интересующихся. У Фолкнера так относились к замечательному во всех отношениях молодому человеку, который несмотря на белый цвет кожи был всё-таки квартероном. Когда я это вспомнила, стало ясно, что татуировка это как черный цвет кожи в современной автору Америке, а шире - знак отверженности Богом (см. тэг "Невидимая Церковь" в этом журнале), знак низшего онтологического статуса персонажа. Все остальные в романе принадлежат к высшей расе, а он к низшей, причем это касается даже негритянки-учительницы, то есть автор проводит деление не по цвету кожи, а смотрит глубже.

В этом мире есть три явления, которые невозможны в мире советской фантастики. Не умеющие джантировать выбрасываются из общества, их лишают нормальной работы и их существование больше всего напоминает условия содержания рабочих на приисках и заводах Прохора Петровича в романе "Угрюм-река". Также там существуют джант-хантеры, то есть люди, которые грабят дома в случае стихийного бедствия. И последнее - на случай стихийного бедствия не предусмотрено ничего, величина джант-площадок в сотни раз меньше, чем нужно для эвакуации, люди гибнут и разбиваются, в их дома джантируют джант-хантеры... Другими словами, нет никаких попыток использовать научное открытие на благо общества, встроить его как-то в саму систему жизни, внедрить его в производство и наладить пользование им для всех, на регулярной основе. Поразительно, как эти люди смогли наладить хотя бы железную дорогу. Следуя этой логике, они должны были тренировать бегунов, а кто не может быстро бегать, тех отсылать в бараки, а дома их отдавать на поток и разграбление.

И наконец рассмотрим, ка реализует себя герой в этом мире, чем выделяется Гулливер среди лилипутов. Пытки и насилие столь же обычны для него, как и для какого-нибудь титана Возрождения, яркой ренессансной личности. Помнится, Лосев в своей "Эстетике Возрождения" целую главу посвятил описанию такого титанизма.

Если учесть все эти наблюдения, мы можем сделать вывод, что мир героя по существую гностический: мир плох в своей основе, люди делятся на избранных и отверженных, причем статус свой изменить вроде бы невозможно. И тут начинается самое интересное.

Антихристианская тема появляется исподволь, сначала в виде презираемых всеми христиан-подпольников: фотографии церковных таинств продаются из-под полы наравне с ужасной порнографией. Далее выясняется, что основной детективный момент связан с творением из ничего, Гулливер может заменить Бога-творца, сотворить новый мир, лучший, чем этот.

Финальная речь Гулли Фойла целиком посвящена проблеме достоинства человека в гностическом мире. то есть гулливер живет в мире, где реально существуют избранное талантливое и прекрасное меньшинство и отверженное тупое бессмысленное некрасивое большинство, оруэлловские пролы. Эти низшие - без культуры, без самосознания, без ума, их надо вести, направлять, управлять ими, решать за них. Они сами не могут даже придумать себе правил поведения в простейших случаях, они могут только пользоваться чужими идеями, идти как стадо за сильным волевым лидером, они ни на что не влияют, ничего не значат, а прекрасные гении должны их пасти, править ими, самодурствовать немного, но всё для их же блага.

Вот против этого устройства мироздания Гулливер и восстает. Он кричит проклятия Богу христиан, но на самом деле он проклинает того, кто создал мир вот таким, с низшей расой, без свободы. Он требует от людей не подчиняться этому поярдку, думать самим, делать свою жизнь самим, не полагаться на тайные элиты, брать жизнь в свои руки. В мире с христианским мироустройством жизнь кадого в его руках, зависит только от него, каждый свободен. В мире же Гулливера Фойла это не так, и потому его бунт имеет совсем другой смысл, антихристианский по форме, он является христианским по сути, что и является главным достоинством рассмотренного романа и еще одним подтверждением того, что даже либеральная душа по природе христианка.
Tags: Бестер, книги
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments