August 5th, 2020

Рывок к свободе

Андрей Чернов

Несколько слов о поэтической книге Юрия Свидерского «…позже, чем никогда»

Сборник стихотворений Юрия Свидерского «…позже, чем никогда» увидел свет в Луганске в 2020 году. Книга оформлена в духе «самиздатовских» изданий, при этом автор и оформители с юмором подошли к изложению традиционных исходных книжных сведений. Иронично-шутливые формулировки «нелитературно-нихудожественного издания» (так в оригинале) явно отсылают к многочисленным собратьям так называемой контркультуры.

Впрочем, это лишь напускная, чисто оберточная сторона книги. Открыв её, мы соприкасаемся с поэзией, созвучной русской классике. Не по букве, а по своему духу, что, конечно же, важнее любых формальностей.Collapse )
http://oduvan.org/chtivo/recenzii/ryivok-k-svobode/

Нашествие террафоксов или как спасти бельгийское наследие Лисичанска

Елена Заславская

В социальной сети Фейсбук реклама устроена таким образом, что показывает пользователям рекламу в зависимости от их интересов, которые пользователи выражают с помощью лайков и просмотров. Все чаще и чаще при просмотре ленты новостей в этой социальной сети мне стала попадаться на глаза реклама фестиваля в Лисичанске, который организовывает украинский писатель Сергей Жадан. Роботы Фейсбука верно рассчитали, что и культура, и мой родной город Лисичанск не оставят меня равнодушной и я пойду по ссылке чтобы узнать больше про «Террафокс-фест».

Итак, «Террафокс-фест», о котором так назойливо говорила реклама, запланирован на 7 августа. Название «террафокс» отсылает нас к книге Сергея Каленюка и Николая Ломако «Террафоксы и другие лисичане» (вышла в 2010 году небольшим тиражом 200 экз.). В книга говорится, что террафоксами археологи называли племена первыми заселившие лисичанские кручи. Племена эти также называли катакобниками.

Первооткрывателем катакомбной культуры является русский советский археолог Василий Алексеевич Городцов. Именно он в 1901-1903 годах в процессе исследования курганных древностей Северского Донца обратил внимание на погребения в катакомбах – специфическое погребальное сооружение, состоящее из вертикального колодца (входной ямы), дромоса (проход в виде коридора) и погребальной камеры (место погребения). Теперь, когда нам понятно происхождение названия фестиваля, вернемся к сути.

Как сообщается в рекламной статье, планируется, что на фестивале выступят группы из Киева, Харькова и других городов Украины. А одним из хедлайнеров фестиваля будет писатель Сергей Жадан с группой «Собаки в Космосе». Также среди групп, которые выступят, – коллектив переселенцев «Тимчасова назва». Группа исполняет песни на стихи Жадана. Мероприятие будет бесплатным, его могут посетить все желающие. Но! И тут мы подходим к самому интересному, а именно к разделу, который выделен жирным: «Чому не вистачає грошей»: «Организаторы взялись все делать самостоятельно, причем фестиваль делают бесплатным для посетителей, поэтому даже на продаже билетов не заработать. Но деньги нужны на проезд и проживание участников, обустройство сцены, аппаратуру, другие технические вещи». Сергей Жадан обращается к жителям Лисичанска и вообще всем, кто поддерживает продвижение украинской культуры на востоке и просит поддержать проект и скинуться участникам на проживание!

Есть еще один нюанс, на который я хотела обратить внимание читателей: фестиваль посвящен сохранению исторических и культурных памятников Лисичанска, а именно «бельгийским» уголками города. В частности речь о бывшей больнице работников содового завода (Донсода, Лиссода), которую журналисты уже окрестили «Лисичанский Хогвартс». Больница была построена в 1908 году в стиле нео-готика бельгийским промышленником Эрнестом Сольве, одному из сооснователей содового завода.

Больнице этой, в которой я родилась, посвящена инициатива #подлечибольничку. Как пишут в сообществе: «…В данный момент она разрушается благодаря усилиям Луганской областной администрации (имеется ввиду украинская администрация). Их бесхозяйственность довела до того, что сейчас там нет крыши, а это значит, что здание практически не жилец…».

О Лиссоде хочется сказать отдельно, и не только потому, что там работали мои дедушка, бабушка, отец, но потому что это напрямую касается предмета моего рассказа.

Лисичанский содовый завод – одно из старейших химических предприятий Украины, первый содовый завод Донбасса, просуществовал с 1892 по 2011 годы. В 1887 году бельгийский инженер-технолог Эрнест Сольве и пермский купец Иван Любимов создали акционерное общество «Любимов, Сольве и Ко» для производства соды в России и начали подготовку к строительству содового завода в селе Верхнее Бахмутского уезда Екатеринославской губернии. Сольве на тот момент уже имел два содовых завода во Франции и один на Урале. При строительстве завода Сольве применил новую и передовую технологию в то время производства соды: с применением аммиака.

У крестьян села Верхнего была куплена земля, и с первых дней 1890 года развернулось строительство. В конце апреля 1892 года завод вступил в строй, началось производство кальцинированной соды аммиачным способом. Это была первая сода Донбасса. После революции 1917 года завод был национализирован. С 1923 года он начал носить имя В. И. Ленина. В 1980-е годы осуществлена коренная реконструкция содового производства завода с современным аппаратурным и технологическим оформлением. После провозглашения независимой Украины в 1991 году завод начал испытывать первые финансовые трудности.

В период 1994-1999 годов была осуществлена приватизация завода с преобразованием в акционерное общество открытого типа – ОАО «Лисичанская сода», после чего он переходил из рук в руки дельцов и капиталистов из Украины и России. С 1991 по 2009 годы предприятие работало с перебоями, а с 2010 года перестало функционировать окончательно. 25 октября 2011 года Хозяйственный суд Луганской области признал завод банкротом, начался его демонтаж. По состоянию на 2014 год, предприятие было почти полностью разрушено. Индустриальный центр Донбасса Лисичанск постепенно приходил в упадок.

Еще при Украине я состояла в Литературной группировке СТАН, из которой вышла в 2014-м году, когда ее руководители поддержали Майдан, а я встала на строну Донбасса. Благодаря своему пребыванию в этой организации некоторые культурные проекты, проводимые СТАНом в довоенный период, я знаю изнутри. Так в 2012-м году СТАН проводил целый ряд мероприятий под девизом «Индустриализация закончена – время делать культуру». Миссия организации тогда декларировалась так: от индустриализации – к культуре, через культуру – к демократии, благодаря культуре – к решению социальных проблем общества. В общественное сознание внедрялась мысль, что социальные проблемы общества могут быть решены путем культурных мероприятий без каких-либо серьезных изменений в экономике и политике. Современные украинские арт-деятели работают в той же парадигме: пытаются создать промышленному городу имидж наследника бельгийской культуры среди донбасских степей. При этом они собирают деньги на фестиваль, оплачивают рекламу мероприятия в Фейсбуке, хотя элементарная продажа билетов в Лисичанске показала бы насколько эти попытки востребованы и интересны жителям военного города.

Очевидно, что если бы завод, полностью уничтоженный при Украине, работал, то созданная вокруг завода инфраструктура могла бы послужить базой и для культуры, которая родилась бы в самом городе. Ведь культура только тогда жива и плодотворна, когда она отражает ценности, настроения, чаяния ее носителей, а не завозится извне околокультурными персонажами, жаждущими поймать хайп на войне и бедствиях нашего края, превратив реальных лисичанцев с их реальными трудностями и проблемами в давно исчезнувших террафоксов.
http://oduvan.org/chtivo/stati/nashestvie-terrafoksov-ili-kak-spasti-belgiyskoe-nasledie-lisichanska/

Как слово наше отзовется, или Сюань-цзан и концепция атома

Концепция атома как мельчайшей частицы вещества не прижилась в классической китайской культуре и стала играть заметную роль только в ХХ веке, хотя в древности китайцам были известны атомистические учения греков и индийцев.
О китайской рецепции индийского учения об атомах пишет известный исследователь китайской культуры А. И. Кобзев:
«Вместе с буддизмом в Поднебесную начал проникать индийский атомизм. В 391 г. Гаутама Сангхадэва, Чжун-тянь, Хуй-юань (334–416) и др. перевели «Абхидхарма-хридая-шастру» – «Шастра сердца высшей дхармы, Дхармашри / Дхармотары / Дхармоджины (Фа-шэн II в.), в которой «идея материального атома (а значит, обладающего свойством сопротивления и, соответственно, непроницаемостью – сапратигхата) впервые эксплицитно сформулирована»…
Эти представления отражены также в «Вибхаша-шастре» – «Шастра обсуждения» Катьянипутры (ок. I в. до н.э.), переведенной Сангхабути/Сангхабхадрой (Чжун-сянь) в 381–384 гг.;
«Абхидхарма-махавибхаша-шастре» – «Шастра великого обсуждения высшей дхармы, представляющей собой коллективный комментарий к «Джняна-прастхане» Катьянипутры и переведенной в 656–659 гг. Сюань-цзаном (600/602 – 664);
«Йогачарьябхуми-шастре» – «Шастра уровней практики йоги Майтреи и/или Асанги (IV в.) в переводе Сюань-цзана 646-647 гг.;
«Абхидхарма-самуччая» / «Абхидхарма-сангити-шастра» – «Шастра собрания высшей дхармы Асанги в переводе Сюань-цзана 652 г. и других авторитетных трактатах». [Кобзев А.И. Китай и атомизм // Историко-философский ежегодник, 2010, с. 374 – 375].
Все эти удивительные названия – небольшая часть тех книг, за которыми путешествовал на Запад, в Индию, монах Сюань-цзан в сопровождении Сунь-Укуна, царя обезьян. Человек переводил неперводимое на китайский, и благодарные китайцы не забыли своего героя – монаха Сюань-цзана знает весь Китай, а после экранизации 2013 года и мы тоже!

О Фаусте, Честертоне и динамике европейского воображаемого

История доктора Фауста – самая известная история о договоре с дьяволом в европейских культурах. Реальный доктор Фауст жил в XVI веке в Германии и учился в Кракове (единственное место, где тогда преподавали черную магию). Народная книга о докторе Фаусте фиксирует несколько вариантов приключений чернокнижника, в финале которых Фауста черти тащат в ад. После работы Гёте история Фауста стала канонической в новом изложении – когда погубленная Фаустом Гретхен спасает его своей молитвой, и Мефистофель остается с носом.

Наш любимый Честертон красноречиво негодовал по поводу того, что негодяй остается безнаказанным, и я негодовала вместе с ним. В моей книге «Локусы и фокусы», в статье «Бес-Балда в сказке Пушкина», приводится цитата Честертона из его эссе «Хорошие сюжеты, испорченные великими писателями». Но оказывается, не всё так однозначно. Вариант из народной книги, который Честертону интуитивно ближе, довольно нетипичен для ментальностей европейских народов.

Французский историк Робер Мюшембле в книге «Очерки по истории дьявола: XII-XX вв.» касается и этого сюжета. Мюшембле прослеживает активность дьявола в коллективном воображаемом европейцев за тысячу лет, и находит, что до XII века Сатана занимал весьма скромное место в христианском универсуме. А вот в век высокой схоластики дьявол выходит на сцену, чтобы не сходить с нее до наших дней. Обработав сотни документов, Мюшембле установил, что пик активности нечистого в сфере европейского воображаемого приходится ориентировочно на 1580 – 1680 гг. Мюшембле замечает, что это единственный период в истории Европы, когда в подавляющем большинстве случаев дьяволу удается уничтожить свою жертву. До этого периода было гораздо больше историй об обманутом чёрте, которого ловкий крестьянин, солдат, студент обвел вокруг пальца. После этого периода наступает Просвещение, Сатана отступает, а благодаря Гёте остаётся в дураках навсегда. Потом появляются романтики, и дают Люциферу новую роль, но это уже следующий этап.

Все, кто любят статистику, подсчеты и проценты, рады будут увидеть в очередной раз, как интуиция отступает перед однозначным фактом – наш дорогой Честертон принял за норму тот вариант сюжета, который сам по себе является исключением.