August 27th, 2016

Пересечение миров

Генриетта Бирон, главная героиня романа Ричардсона "Английские письма или история кавалера Грандисона", окружена множеством поклонников (в те времена в России их называли любовниками). Один из них имеет дядюшку родом из Кармартена.

Павич в "Хазарском словаре" писал о таком:
"Когда летом 870 года Мефодий вернулся в Моравию, немецкие епископы отправили его в заточение, где он провел два года, слушая один лишь шум Дуная. Он был предан суду собора в Регенсбурге, там же его подвергали пыткам и нагого выставляли на мороз. Все время пока его хлестали плеткой, он, согнувшись так, что борода доставала до земли, думал о том, что Гомер и святой пророк Илия были современниками, что поэтическое государство Гомера было большим, чем империя Александра Македонского, потому что протянулось от Понта за границу Гибралтара. Думал он и о том, что Гомер не мог знать обо всем, что движется и существует в морях и городах его государства, так же как и Александр Македонский не мог знать обо всем, что можно встретить в его империи. Затем он думал, как Гомер однажды вписал в свое произведение и город Силон, а вместе с ним, сам того не зная, и пророка Илию, которого по Божией воле кормили птицы. Он думал о том, что Гомер имел в своем огромном поэтическом государстве моря и города, не зная о том, что в одном из них, в Сидоне, сидит пророк Илия, который станет жителем другого поэтического государства, такого же пространного, вечного и мощного, как у Гомера, - Святого Писания. И задавал себе вопрос, встретились ли два современника - Гомер и святой Илия из Фесва - в Галааде, оба бессмертные, оба вооруженные только словом, один - обращенный в прошлое и слепой, другой - устремленный в будущее и провидец; один - грек, который лучше всех поэтов воспел воду и огонь, другой - еврей, который водой вознаграждал, а огнем наказывал, пользуясь своим плащом как мостом. Есть один пояс на земле, думал под конец Мефодий, не более широкий, чем десять верблюжьих смертей, на котором разошлись два человека. Это пространство, пространство между их шагами, уже любого, самого тесного прохода на земле."

Сам того не зная, Ричардсон вписал в свой любовный роман и старого Мерлина, и спецкурс по пределам Божьего долготерпенья, и вообще всю школу в Кармартене.

Гипотетический характер необходимости

"Необходимость же - это не понуждающая причина, а причинно-следственная связь"
Плотин, Эннеады III, 2.

Общее место для всего среднего платонизма, и для Плотина тоже. Необходимость имеет природу закона в государстве: если поступить так-то, будет то-то. Необходимость не принуждает человека ни к каким поступкам.

Играющее дитя

У Гераклита вечный логос мира есть дитя, играющее в шашки, у Плотина человек на земле - шалящее дитя.

Есть у этих античных метафор нераскрытый постмодернистский потенциал. Или какой-нибудь Хёйзинга уже их проработал?

Платоники!

Человек включает в себя все аспекты деятельности Души, но не все их задействует, а те, что задействует, задействует по разному. Но, спросят нас, если что-либо не используется, то не все ли равно, есть оно или нет?

Гегель тут же отвечает, что конечно всё равно, реально только то, что действует. Как мне не раз уже напоминали, сущность должна являться, и никак иначе.
Я согласна, совершенно согласна, все тут очень убедительны, но первое моё побуждение - ответить как Плотин:


Конечно же – не все равно, поскольку их полное присутствие и позволяет говорить о свободе воли, ибо, присутствуя, потенциально они уже действуют, степень же их актуализации зависит от самого человека. И чем меньше он использует данные ему возможности, тем более погружается в царство необходимости.

Как мне нравится эта идея!

"Но как тогда иные предсказатели предугадывают зло? Если они могут усматривать высшие закономерности, то ведь в них нет никакого зла."

Опять к мысли о том, что идеальное, составляющее высший этаж иерархии сущего, не может быть злым. Тогда проникновение в идеальную сущность вещей не может привести к познанию зла.

Ответ по ссылке, если кому интересно
http://www.psylib.org.ua/books/ploti01/txt21.htm

О мышлении

"Итак, мы должны отрицать наличие у Первоначала предиката мышления, ибо понятие совершенствования предполагает наличие недостатков и несовершенств."

Мышление для Плотина - наивысший вид деятельности, однако оно имеет цель - приближение к высшему, к Уму и посредством этого к Первоначалу. Таким образом, мышление предполагает некий вектор движения, от менее совершенного к более совершенному, следовательно, совершенное Первоначало не мыслит.

Кстати, Лосев говорит, что Плотин считает красоту интеллектуального мира умопостигаемых идей огромным препятствием на пути философа к совершенству. Мышление само по себе не самоцель, это средство приблизиться к созерцанию Первоединого.

Ницшеанское

Прочитав переписку Лессинга с женой, Гегель замечает, как неверно общее представление о том, что спокойная совесть порождает довольство собой. Чаще бывает наоборот: хорошая погода, здоровье, надежды на весёлую пирушку порождают довольство собой, и тогда человек думает, что и совесть у него чиста.