April 2nd, 2009

Ещё одно знаменитое, против Канта

О перекосе, который неплохо бы выровнять синтезом. К этому


Гегель, Лекции по философии религии

Первое предъявляемое философии требование сводится к тому, что, прежде чем приступить к познанию, необходимо исследовать разум, способность познания. Другими словами, познание представляют себе так, будто истина постигается посредством некоего инструмента. При рассмотрении, однако, требование познать сначала используемый инструмент оказывается несостоятельным. Критика способности познания есть точка зрения кантовской философии и вообще всей нашей эпохи, в частности ее теологии50. Казалось, что этот принцип знаменовал собой огромный успех. Однако, как в подобных обстоятельствах часто случается, это оказалось заблуждением. Обычно, когда людям приходит в голову мысль, которую они считают необыкновенно умной, они именно в ней демонстрируют всю глубину своего заблуждения, удовлетворение же они обретают в том, что находят превосходное применение своей глупости и своего невежества. Вообще способность находить изощренные способы для того, чтобы со спокойной совестью предаваться бездействию и избегать сути дела, поистине неисчерпаема.

Мы должны исследовать разум, но как? Исследовать его надо разумно, надо познать его, но ведь это в свою очередь возможно лишь посредством разумного мышления, а не каким-либо иным путем; тем самым, следовательно, предъявляется требование, которое снимает само себя. Если мы не можем заниматься философией без того, чтобы разумно познать разум, то мы совершенно беспомощны, ибо познание есть не что иное, как разумное постижение, а оно нам не дозволено, так как нам предписывают сначала познать разум. Это напоминает требование известного гас конца, не желавшего броситься в воду, прежде чем он научится плавать. Нельзя исследовать деятельность разума, не применяя его.

Шутки о школьниках

Кто работал в школе, тот мимо этой темы не пройдёт. Было, всякое было, и долгое время школьные ляпы, все эти ошибки в сочинениях и прочее очень меня смешили. А теперь почему-то нет.  

Правда, остался класс приколов, которые мне и до сих пор нравятся. Если, например, человек считает-считает и получает в результате диаметр Земли 3 см, то скажешь ему: "Ну что же ты делаешь? Ну ты только посмотри, тебе самому-то не смешно?" Он смотрит и ему самому смешно. Логическая ошибка, которую школьник на своём уровне в состоянии и сам найти, и сам же ей посмеяться, меня ничуть не раздражает, а тоже радует, это была разрядка для обоих (в те времена, когда это было).

Если же кто спутал Лепида с Ксерксом, мне всё трудней видеть тут юмор. Ну не знает человек, как зовут триумвира, а веселящийся экзаменатор не знает, как зовут солиста группы "Токио Хотель", и что теперь? Давайте все показывать друг на друга пальцами? Когда экзаменатор утрёт слёзы и скажет: "Да не Ксеркс же, а Лепид!", студента это ни капельки не рассмешит. Ну Лепид так Лепид, надо не забыть только до конца экзамена, а после этого не загружать больше память всякой ерундой. 

Какая разница между этими двумя случаями? В первом случае смех объединяет, а во втором разъединяет.  Если ваш друг не знает, кто такой Лепид, вы тоже будете над ним смеяться? Нет, я думаю, потому что это ваш друг и вы уважаете его за другое. Ах, вы не дружите с теми, кто не знает поимённо всех триумвиров всех триумвиратов? Тогда понятно. Вот и я о том же. 

К этому