March 12th, 2009

Удаление советников

Царствование Ивана Грозного делят на два периода - до и после удаления советников, в частности, Адашева. Если до удаления советников Иван был самым добродетельным государем Европы, то после стал кровожадным тираном. Я очень хотела узнать,какова была причина удаления советников, не считая очевидной - что Адашев был добродетелен, а Иван - кровожадным тираном, а тиранам всегда ненавистна добродетель. Вот что сам же Карамзин и пишет:

Например, Адашев и Сильвестр не одобряли войны Ливонской, утверждая, что надобно прежде всего искоренить неверных, злых врагов России и Христа; что Ливонцы хотя и не Греческого исповедания, однако ж Христиане и для нас не опасны; что Бог благословляет только войны справедливые, нужные для целости и свободы Государств. Двор был наполнен людьми преданными сим двум любимцам;

Зная, сколько времени и сил Пётр Первый положил на войну со шведами, и более того, живя в Петербурге, Карамзин пишет, что не нужно было воевать за выход к Балтийскому морю. Описывая в последующих главах Смуту, поляков в Москве, Самозванца в Кремле, Карамзин говорит, что европейцы для нас нимало не опасны... Ну что тут скажешь. Разумеется, это не сознательная манипуляция, будь это так, автор сумел бы лучше свести концы с концами. Просто ни Карамзин, ни его многочисленные восторженные читатели совершенно искренне не видели тут никакого противоречия. Почему? Zeitgeist, не иначе. 

Трения при соединении

Общества славян (Горбачевский) и Южного общества (С.Муравьёв).

И.И.Горбачевский, Записки
http://www.hrono.info/libris/lib_g/gorb_lesh.html

Горбачевский утверждал, что от солдат ничего не надобно скрывать, но стараться с надлежащею осторожностью объяснить им все выгоды переворота и ввести их постепенно, так сказать, во все тайны Общества, разумеется не открывая им сего, заставить их о сем думать и дойти до того, чтобы они сражались не в минуту энтузиазма, но постоянно за свои мысли и за отыскиваемые ими права. Здесь Горбачевский рассказал С. Муравьеву предполагаемый славянами план действия на нижних чинов и говорил, что должно принять всем членам одинакой способ действий. Он был убежден, что откровенность и чистосердечие подействуют на русского солдата более, нежели все хитрости махиавелизма. 

Collapse )

Траян

И.И.Горбачевский. Записки
http://www.hrono.info/libris/lib_g/gorb_lesh.html

С. Муравьев, желая, вероятно, приготовить славян к мысли Южного общества, т. е. к истреблению всей царской фамилии, сказал однажды Борисову 2-му и Горбачевскому, что невозможно полагаться на слова государя и в доказательство привел поступок испанского короля с конституционистами. Борисов 2-й, не зная помянутой меры Южного общества, выразил откровенно мысли своего Общества следующими словами:

— Народ должен делать условия с похитителями власти не иначе как с оружием в руках, купить свободу кровью и кровью утвердить ее; безрассудно требовать, чтобы человек, родившийся на престоле и вкусивший сладость властолюбия с самой колыбели, добровольно отказался от того, что он привык почитать своим правом; что хотя некоторые и приводят в пример Траяна, который хотел в Римской империи ввести демократическое правление, но Траян может быть исключением очень редким, как в физической, так и в нравственной природе человека, и не может служить правилом и руководством.

Вероятно, Муравьев и Бестужев слова Борисова приняли в пользу мер Южного общества и думали, что истребление царствующего дома не будет новостью для славян, однако ж во всех своих разговорах они никогда не упоминали о сей мере и на 4-м только совещании, как мы видели, Бестужев, увлеченный энтузиазмом, в первый раз в присутствии славян вскрикнул: «Тогда тиран падет под нашими ударами». Впрочем и сие восклицание можно было принять в переносном смысле, если бы на том же совещании он не сказал Борисову 2-му: «Мы, которые убьем законного государя». Это одно объясняет, почему многие из славян показывали в Следственной комиссии, что злоумышление на царствующий дом было известно всем славянам, и что об этом было говорено неоднократно; между тем Борисов 2-й, Горбачевский и еще некоторые всеми силами отрицали сии показания и на их стороне была справедливость.